Ваш комментарий
	(для участников конференции)

Институциональные изменения последних десятилетий явились причиной трансформирования научных взглядов на понятие индивидуального и общественного здоровья от категорий клинических, исходящих из принципа «противоположности нездоровью», к категориям медико-социальным, проистекающим из принципа наивысшей социальной ценности качества жизни, обусловленного биологическим и социальным единством здоровья. Глубинные причины столь радикального перехода, вероятно, кроются в подсознательной сути сопротивления общества тому факту, что количественное превышение нездоровья над здоровьем становится социальной нормой, противоречащей индивидуальной человеческой природе.

Парадигма здравоохранения, длительно базировавшаяся на приоритете медико-экономической эффективности здравоохранения, также вынуждена модифицироваться.  Постепенное осознание расширяющейся социальной роли здравоохранения, а именно его способностей и неиспользуемых резервов влияния на социальные сферы, - причина медленного, но облигатного процесса, ведущего к формированию концепции первичности социальной эффективности здравоохранения. Если ранее социальная эффективность здравоохранения рассматривалась только в качестве следствия медицинской и экономической эффективности, то в настоящее время правомочно утверждать, что она является достаточно обособленным фактором, способным влиять на медицинскую и экономическую эффективность.  Социальная эффективность здравоохранения может выступать в качестве основной категории общественного здоровья, обусловленной успешным институциональным взаимодействием здравоохранения с другими социальными институтами, и прямо пропорциональной социальной приемлемости отрасли.

Современное видение здравоохранения исходит из того, что оно не только способно, но и должно влиять на управляемые социальные сферы. Оценка вклада здравоохранения в формирование здоровья общества достигает 35% объёма определяющих здоровье факторов [11; 35]. Особенно важной представляется роль здравоохранения в отношении формирования репродуктивного здоровья, социальную обусловленность которого подчёркивают результаты исследований последних десятилетий.

В Республике Беларусь последовательно проводится работа по реализации Концепции охраны репродуктивного здоровья, сформулированной в 1994 г. на МКНР [25]. Охрана здоровья матери и ребёнка в Беларуси имеет лучшие результаты в СНГ, отражая высокую медицинскую эффективность отрасли [22; 28]. Реорганизационные мероприятия позволили значительно снизить младенческую и материнскую смертность, способствовали рациональному использованию ресурсов [13]. Тем не менее, состояние репродуктивного здоровья населения Беларуси, и в том числе наиболее важной с позиций демографической безопасности его группы -  молодёжи,  можно охарактеризовать как кризисное. Сохраняются негативные тенденции в динамике показателей соматического и генитального статусов молодёжи [7; 17; 20; 31]. Несмотря на наметившуюся тенденцию изменения поведения населения Беларуси в сторону здорового образа жизни [30], самосохранительные установки молодёжи по отношению к репродуктивному здоровью пока недостаточно сформированы [5; 16; 32; 2 -А; 8 -А]. В последние годы наметились положительные сдвиги в динамике показателей рождаемости, брачности и разводимости [10]; тем не менее, за период времени, прошедший после переписи населения, ожидаемого роста рождаемости пока не наблюдается [36]. Согласно полученным данным [5 -А], среднее планируемое (ожидаемое) молодыми людьми  количество детей в семье составляет 164 – 168 детей на 200 родителей (100 молодых пар). Реализация идеальных установок (224 ребёнка на 200 родителей) позволила бы увеличить рождаемость на 1 ребёнка на каждую молодую пару; однако даже эти цифры значительно ниже демографических критериев эффективного воспроизводства. Прогнозная численность населения Беларуси к  2030 году составит 8 млн. 765 тыс. чел. [29]. Демографические проблемы стали приоритетными в обеспечении национальной безопасности [33]. Особенно быстрые темпы депопуляционных изменений прогнозируются для сельского населения [14]. Положение усугубляют полученные в последние годы тревожные тенденции  роста в разрыве значений показателей младенческой смертности и смертности детей первых пяти лет жизни между городским и сельским населением [3], отчасти связанные с недостатками структурной реорганизации здравоохранения, на практике не способствующей повышению доступности медицинской помощи для населения из сельской глубинки [23].

Таким образом, высокие медицинская и экономическая эффективность здравоохранения в сфере репродуктивного здоровья контрастирует с недостаточной социальной эффективностью, несмотря на то, что ожидаемый социальный эффект должен соответствовать медико-экономическому. Корни данного противоречия кроются в недооценке многоаспектности социальной роли здравоохранения, недостаточном учёте взаимосвязи здравоохранения с деятельностью других социальных институтов. 

Логично утверждать, что повышение социальной эффективности здравоохранения, в том числе в сфере охраны репродуктивного здоровья, может быть достигнуто за счёт обеспечения высокого качества медицинской помощи. В рамках идеологии всеобщего управления качеством (TQM) под качеством медицинских услуг понимается не столько достижение уровня каких-либо их частных характеристик, сколько соответствие  услуг нуждам и ожиданиям потребителей [15]. Следовательно, качество медицинской деятельности невозможно без маркетинга. Фундаментальной функцией руководителя здравоохранения, независимо от формы финансирования отрасли, становится контроль, а важнейшим принципом работы – опора на социальный маркетинг. Медико-социологические исследования качества медицинской деятельности  могут рассматриваться в качестве одного из наиболее эффективных инструментов современных технологий управления [8; 26].

Отсутствие  достаточного медико-социологического контроля, характерное для последних десятилетий, привело к тому, что в настоящее время здравоохранение Беларуси, ориентируясь прежде всего на медицинскую результативность, получает лишь запоздалую информацию от потребителей услуг медицинского назначения в виде негативных показателей соматического и генитального статусов, потери общественного здоровья; при наличии объективной потребности молодёжи в услугах медицинского назначения в области репродукции социальной нормой являются негативные модели взаимодействия со здравоохранением. Исследования  мнения населения об оказании медицинской помощи в Беларуси свидетельствуют о высоком уровне неудовлетворительных оценок   доступности медицинской помощи, её качества и об отрицательной оценке пациентами отношений врач-пациент [1; 1 -А;  6 -А]. Неудовлетворённость населения и  недостаточная информированность об услугах медицинского назначения субъективно (с позиции пациента) снижает доступность медицинской помощи, способствуя возникновению нерационального спроса.

Сложности во взаимоотношениях «врач-пациент» особенно актуальны в отношении молодёжи. Социологи отмечают, что молодёжь – понятие не столько возрастное, сколько социальное [4]. В то же время, по мнению академика РАМН А.В. Решетникова, медицину следует рассматривать в качестве совокупности социальных ролей врачей и больных [27]. Роль врача находится на более высоком уровне относительно роли больного; таким образом формируется неоправданная  управленческая «вертикаль», в которой молодёжь  и особенно подростки  наиболее уязвимы.  Так,  подростки не приходят на приём к гинекологу, работающему в женской консультации, из боязни быть замеченным знакомыми, осужденными медицинскими работниками; практически нет профилактических посещений [12]. Ситуация осложняется тем, что профилактическая работа медицинских учреждений по предупреждению ИППП является вторичной; первичной профилактике не уделяется должного внимания [34]. Обнадёживают первые результаты работы центров службы, «дружественной к подросткам» [19; 21]: позитивно налаживание взаимодействия с учреждениями образования, развитие волонтёрского движения в поддержку здорового образа жизни, выход медицинской информации в Internet, взаимодействие со СМИ. Проблемы в области репродукции являются причинами обращения подростков в центры в более половины случаев [21], однако, среди посетителей менее трети  составляют юноши.

Унифицированные методики оценки социальной эффективности здравоохранения в сфере охраны репродуктивного здоровья, необходимые для разработки и реализации эффективных управленческих решений, отсутствуют. Неоправданное смещение приоритетов в сторону исключительно медицинской и экономической эффективности имеет результатом и недостаточное исследование социального эффекта здравоохранения.

Как известно [2; 9], социальная эффективность отражает результат деятельности здравоохранения по укреплению здоровья населения, измеряемый по  снижению инвалидности, росту продолжительности жизни, повышению рождаемости, и оцениваемый, применительно к репродуктивному здоровью, по методикам оценки стоимости сохранённой жизни и экономического эффекта от снижения частоты абортов [37, с. 846]. Социальная эффективность напрямую связана с качеством медицинского обслуживания [26] и удовлетворением потребностей населения  в услугах медицинского назначения [1] и в общем виде может быть оценена также  как соотношение числа случаев удовлетворённости пациентов медицинской помощью к общему числу оцениваемых случаев. Удовлетворённость пациентов отражает социальную приемлемость здравоохранения и влияет на здоровье населения  [6].

Общим недостатком данных методик является отсутствие объективной оценки качества деятельности здравоохранения: социальный эффект либо чрезмерно «экономизирован», то есть сведён к узкой экономической оценке («меньше абортов – меньше затрат; выше естественный прирост – лучше работает здравоохранение»), либо субъективизирован: оценка основывается на мнении потребителя, экспертные возможности которого ограничены. В то же время, объективное измерение удовлетворённости потребителей, наряду с другими факторами, должно являться определяющим в управлении социальной эффективностью здравоохранения.

Оценивая удовлетворённость пациентов, многие авторы рассматривают отдельные характеристики медицинской помощи. Базовой является классификация характеристик медицинской помощи, предложенная J. Ware и др., включающая 8 измерений: межличностные взаимоотношения врача и пациента, квалификация врача, удобство и своевременность предоставления помощи, стоимость услуг, медицинская результативность, непрерывность, комфортабельность учреждений, обеспеченность персоналом и оборудованием [24].

Очевидно, что измерение удовлетворённости пациентов не может выступать единственным критерием социальной эффективности здравоохранения, так как большинство из измерений, характеризующих медицинскую помощь, связаны с её доступностью, и нередко оказывается, что субъективная оценка низкой доступности, высказываемая потребителями медицинских услуг, обусловлена недостаточной активностью самих пациентов, что особенно актуально в отношении молодёжи. Разграничение сфер - «где заканчивается проблема доступности и начинается сфера самосохранительной активности», - сложная проблема [18].

Предлагаемая и апробированная нами методика оценки социальной эффективности здравоохранения в сфере репродуктивного здоровья основана на сопоставлении и сравнительном анализе данных репрезентативного республиканского социологического опроса молодёжи как специфического потребителя услуг медицинского назначения в области репродукции[1]  и данных санитарно-статистического исследования,  включающего выкопировку и анализ сведений первичной медицинской документации; то есть представляет собой аналитическое исследование объективной и субъективной оценки качества медицинской помощи в сфере охраны репродуктивного здоровья [5-А – 9-А].

В оценку включены следующие аспекты:

Удовлетворённость потребителей медицинской помощью.

Характеристики медицинской помощи мы предлагаем объединить с выделением шести основных аспектов: организационного, коммуникативного, квалификационного, информационного, стоимостного, этического (особенно важными в сфере репродуктивного здоровья  молодёжи, как показывают результаты исследования, являются коммуникативный и этический аспекты).

Оценка удовлетворённости потребителей осуществляется по следующим направлениям: самооценка потребителями удовлетворённости аспектом – оценка недостатков – оценка доступности – теневой и легальный рынок - наличие неудовлетворённых потребностей.

 «Качество» рождений: сопоставление данных медицинской документации и  социологических данных о качестве преконцептивной подготовки пар (охват, комплексность подготовки) и оценка коэффициента запланированности беременностей (как минимум, запланированности рождений).

Поведенческое взаимодействие потребителя и производителя медицинских услуг:

Лечебно-диагностическое: социальный эффект можно считать полным при отсутствии пассивных (бездеятельность) и алогичных типов взаимодействия (самолечение, криминальные варианты);

Профилактическое: востребованность здравоохранения как информационного источника; оценка медицинской грамотности.

Реабилитационное: социальный эффект можно считать полным при сочетании отсутствия пассивного типа взаимодействия со стороны пациентов и выполнения стандартов медицинской помощи со стороны здравоохранения.

Оценка эффективности здравоохранения может быть дополнена медико-социологической информацией, полученной у профессионалов здравоохранения.

Особенно важным в профилактическом компоненте здравоохранения в отношении репродуктивного здоровья мы считаем оценку уровня медицинской грамотности. Для её осуществления мы предлагаем использовать следующие показатели: уровень положительной информированности (УПИ) - относительный коэффициент, характеризующий уровень правильных ответов на  вопросы по отдельным аспектам знаний, и интегральный показатель медицинской грамотности (ИПГ) – относительный коэффициент, характеризующий средний уровень положительной информированности (верных знаний по вопросам репродуктивного здоровья).

Предлагаемая медико-социологическая методика оценки социальной эффективности здравоохранения в сфере репродуктивного здоровья позволяет оценить не только удовлетворённость пациентов, но и выделить объективные модели поведенческого взаимодействия потребителей услуг медицинского назначения со здравоохранением, оценить уровень профилактической и реабилитационной работы здравоохранения на основе сопоставления данных субъективной оценки с объективными данными медицинской документации.

Индикаторами уровня социальной эффективности здравоохранения региона могут являться разработанные нами критерии макро- и микросоциальной результативности (таблица 1), на основании которых должны быть разработаны республиканские стандарты.

Таблица 1 – Критерии социальной результативности здравоохранения в сфере охраны репродуктивного здоровья молодёжи

Результаты апробации предложенной методики свидетельствуют, во-первых, о возможности её применения для исследования и количественной оценки социальной эффективности здравоохранения и её аспектов (в том числе для количественной оценки уровня медико-гигиенической грамотности молодёжи в области репродуктивного здоровья), и, во-вторых, о дополнительном положительном обучающе-активизирующем социальном эффекте подобных медико-социологических исследований.

По результатам исследования, социальная эффективность здравоохранения в сфере охраны репродуктивного здоровья является недостаточной. Необходим республиканский комплексный мониторинг репродуктивного здоровья молодёжи, основанный на принципе неразрывности медицинских и социальных данных, и разработка по его результатам мер по повышению социальной эффективности здравоохранения, основным из которых является повышение уровня медико-гигиенической грамотности молодёжи.

1. Антипова, С.И. Изучение мнения населения об оказании медицинской помощи в Беларуси /С.И. Антипова, Е.В. Горячева // Мед. новости. – 2005. - № 2. – С. 54–56.
2. Вальчук, Э.А. Основы организационно-методической службы и статистического анализа в здравоохранении / Э.А. Вальчук, Н.И. Гулицкая, Ф.П. Царук. – Минск: БЕЛМАПО, 2003. – 381 с.
3. Гулицкая, Н.И. Медико-демографические проблемы здоровья сельского населения Республики Беларусь / Н.И. Гулицкая, Л.Н. Ломать // Вопр. организации и информатизации здр-я. – 2006. - № 1. – С. 27-32.
4. Данилов, А.Н. Молодёжь кризисных лет: Иллюзии и новые надежды / А.Н. Данилов. – Минск: ООО «Харвест», 1999. – 320 с.
5. Динамика состояния репродуктивного здоровья населения Беларуси / З.А. Севковская [и др.] // Беларусь: 10 лет после Каирской международной конференции по народонаселению и развитию: тезисы Респ. науч.-практ. конф., Минск, 27- 29 ноября 2003 г. / ЮНФПА, Мин. труда и соц. защиты РБ. – Минск, 2003. – С.  204-205.
6. Ефименко, С.А. Социальные аспекты взаимоотношений врача и пациента / С.А. Ефименко // Социология медицины. – 2006. - № 1. – С. 9–14.
7. Здоровье матери и ребёнка = Mother and Child Health: Информационно-аналитические материалы / Н.С. Богданович [и др.]; под ред. Л.И. Матуш [и др.]. – Минск: ЮНИПАК, 2002. – 96 с.
8. Изучение здоровья населения на современном этапе развития общества / О.П. Щепин [и др.] // Проблемы соц. гигиены, здр-я и истории мед-ны. – 2005. - № 5. – С. 3–6.
9. Инструкция по применению методики расчёта эффективности медицинских технологий в здравоохранении: утв. М-вом здравоохранения Респ. Беларусь 31.12.2003. - Минск, 2003. – 23 с.
10. Калинина, Т.В. О демографической безопасности Республики Беларусь / Т.В. Калинина // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 183–186.
11. Ключенович, В.И. Общественное здоровье: концептуальные подходы при создании модели управления / В.И. Ключенович // Мед. новости. – 2005. - № 3. – С. 65–70.
12. Кудина, О.Л. Амбулаторное звено в системе оказания акушерско-гинекологической помощи детям и подросткам / О.Л. Кудина, С.П. Кондрашова // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 107-110.
13. Лискович, В.А. Научное обоснование организации этапной акушерско-гинекологической помощи (на примере Гродненской области): автореф. …дисс. канд. мед. наук: 14.00.33; 14.00.01 / В.А. Лискович; Бел. гос. мед. ун-т. – Минск., 2003. – 23 с.
14. Лихачёв, Н.Е. Демографические проблемы современного Белорусского села: социологический анализ / Н.Е. Лихачёв // Беларусь: 10 лет после Каирской международной конференции по народонаселению и развитию: тезисы Респ. науч.-практ. конф., Минск, 27- 29 ноября 2003 г. / ЮНФПА, Мин. труда и соц. защиты РБ. – Минск, 2003. – С. 22–24.
15. Лукашев, А.М. Реформирование здравоохранения и медико-демографический прогноз / А.М. Лукашев, А.С. Акопян, Ю.В. Шиленко; под ред. Н.Ф. Герасименко. – М.: Изд-во «Оверлей», 2001. – 96 с.
16. Медицинские последствия парентерального употребления наркотиков в Республике Беларусь / А.В. Козловский [и др.] // Мед. новости. – 2003. - № 5. – С. 41–45.
17. Можейко, Л.Ф. Медико-социальные аспекты репродуктивного здоровья девочек-подростков / Л.Ф. Можейко, М.В. Буйко // Вопр. организации и информатизации здр-я. – 2005. - № 4. – С. 50–52.
18. Назарова, И.Б. Доступность системы здравоохранения (медицинской помощи) и самосохранительная активность граждан / И.Б. Назарова // Социология медицины. – 2006. - № 2. – С. 43-53.
19. Неверо, Е. Г. Организация и развитие в г. Минске службы, дружественной к подросткам / Е. Г. Неверо, Н.М. Предко // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 125–128.
20. О состоянии здоровья детей и подростков, проблемах и развитии детского здравоохранения / В.В.  Колбанов [и др.] // Вопр. организации и информатизации здр-я. – 2006. - № 1. – С. 17–20.
21. Оценка подростками услуг, предоставляемых Центром дружественного отношения к молодёжи / Л.П. Плахотя [и др.] // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 279–282.
22. Пересада, О.А. Направления улучшения репродуктивного здоровья женщин и снижения материнской смертности в Республике Беларусь / О.А. Пересада // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 15–18.
23. Пилипцевич, Н.Н. Важнейшие исходные компоненты совершенствования деятельности отрасли здравоохранения / Н.Н. Пилипцевич, Т.П. Павлович // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 30-36.
24. Предикторы удовлетворённости потребителей услугами первичного здравоохранения / Н.Л. Русинова [и др.] // Социология медицины. – 2006. – № 2. – С. 24–31.
25. Репродуктивное здоровье: проблемы и возможности: информационный бюллетень ЮНФПА / ЮНФПА, М-во здравоохранения Респ. Беларусь. – Минск, 2001. - № 1. – C. 4.
26. Решетников, А.В. Медико-социологический подход к исследованию качества медицинской помощи / А.В. Решетников, Л.М. Астафьев // Социология медицины. – 2005. - № 1 (6). – С. 32–38.
27. Решетников, А.В. Социологическое осмысление медицины  / А.В. Решетников // Социология медицины. – 2003. - № 1. – С. 3-16.
28. Роль и место перинатальных технологий в демографическом процессе / Р.А. Часнойть [и др.] // Беларусь: 10 лет после Каирской международной конференции по народонаселению и развитию: тезисы Респ. науч.-практ. конф., Минск, 27- 29 ноября 2003 г. / ЮНФПА, Мин. труда и соц. защиты РБ. – Минск, 2003. – С. 161-162.
29. Современные тенденции и прогноз демографической ситуации и воспроизводства населения в Республике Беларусь / Л.Н. Ломать [и др.] // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 174–176.
30. Современные тенденции изменения поведения населения Беларуси в сторону здорового образа жизни / А.С. Секач [и др.] // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 290–293.
31. Состояние здоровья молодёжи по данным социально-гигиенического мониторинга / Яковлева М.В. [и др.] // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11 – 12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 334–336.
32. Социально-поведенческие факторы, влияющие на распространение венерических болезней среди подростков / П.Д. Гуляй [и др.] // Мед. новости. – 2004. - № 12. – С. 57–58.
33. Станишевская, Л.С. Теоретические основы демографической безопасности / Л.С. Станишевская // Белор. экономика: анализ, прогноз, регулир-е. – 2005. - № 5. – С. 36–42.
34. Тюхлова, И.Н. Организация работы медицинских учреждений по первичной профилактике инфекций, передаваемых половым путём, ВИЧ-инфекции / И.Н. Тюхлова, А.Л. Навроцкий // Реформы здравоохранения Беларуси в ХХI веке: материалы IV Республиканского съезда социал-гигиенистов и организаторов здравоохранения РБ, Минск, 30 ноября – 1 декабря 2000 г. / Мин-во здр-я РБ; ред. совет: И.Б. Зеленкевич [и др.]. – Минск, 2000. – С. 308-309.
35. Шарабчиев, Ю.Т. Новая парадигма здравоохранения: причины, обусловливающие необходимость смены парадигмы / Ю.Т. Шарабчиев // Мед. новости. – 2005. - №3. – С. 11-22.
36. Шахотько, Л.П. Демографическое развитие Республики Беларусь в годы после переписи 1999 г. и проблемы безопасности / Л.П. Шахотько // Беларусь: 10 лет после Каирской международной конференции по народонаселению и развитию: тезисы Респ. науч.-практ. конф., Минск, 27- 29 ноября 2003 г. / ЮНФПА, Мин. труда и соц. защиты РБ. – Минск, 2003. – С. 133–136.
37. Юрьев, В.К. Общественное здоровье и здравоохранение / В.К. Юрьев, Г.И. Куценко. – С. –Петербург: ООО «Издательство «Петрополис»», 2000. – 914 с. 

1 -А       Сурмач, М.Ю. Оценка женщинами фертильного возраста проблем репродуктивного здоровья / М.Ю. Сурмач // Журнал ГрГМУ. – 2003. - № 4. – С. 70–72.

2 -А          Сурмач, М.Ю. Особенности формирования мотивации к здоровой репродукции и безопасному сексуальному поведению у студенческой молодёжи / М.Ю. Сурмач // Мед. новости. – 2003. - № 8. – С.42-44.

3 -А          Сурмач, М.Ю. Медико-социологическое осмысление проблем профилактического здравоохранения / М.Ю. Сурмач // Актуальные проблемы охраны здоровья, окружающей среды и подготовки кадров для профилактического здравоохранения  Республики Беларусь: материалы респ. научно-практ. конф., посвящ. 40-летию мед.-проф. фак. БГМУ, Минск, 29–30 апр. 2004 г. / Мин-во здр-я РБ, БГМУ; под ред. В.И. Ключеновича. – Минск, 2004. – Часть 2. - С. 307–309.

4 -А          Сурмач, М.Ю. Проблемы реформирования системы охраны репродуктивного здоровья в Беларуси / М.Ю. Сурмач // Россия и социальные изменения в современном мире: материалы  Междунар. науч. конф. «Ломоносов-2004»: Сборник статей молодых учёных, Москва, 6 июня 2004 г. / МГУ им. М.В. Ломоносова, РоСА; ред. кол.: В.И. Добреньков [и др.]. - М., 2004. – С. 152–158.

5 -А          Сурмач, М.Ю. Методика изучения социологических аспектов медико-социальной проблемы репродуктивного здоровья молодёжи Беларуси / М.Ю. Сурмач // Социология. – 2006. - № 1. – С. 73–80.

6 -А          Сурмач, М.Ю. Медицинское обслуживание молодых женщин с осложнённым акушерско-гинекологическим анамнезом / М.Ю. Сурмач // Вопр. организации и информатизации здр-я. – 2006. - № 2. – С. 47–51.

7 -А          Сурмач, М.Ю.Особенности  медико-психологической реабилитации при искусственном прерывании беременности / М.Ю. Сурмач // Медико-социальная экспертиза и реабилитация: сборник научных статей. - Минск, 2006. – Вып. 8. – С. 240-243.

8 -А          Сурмач, М.Ю. Медицинская информированность, поведенческие установки и самооценка здоровья подростков группы акушерского риска / М.Ю. Сурмач // «Здоровье населения – основа благополучия страны»: материалы V Республиканского съезда организаторов здравоохранения РБ, Минск, 11–12 мая 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Белор. ассоциация социал-гигиенистов и орг-ров здр-я; ред. совет: В.П. Руденко [и др.] -  Минск, 2006. – С. 306–309.

9 -А          Сурмач, М.Ю. Формирование позитивного самосохранительного поведения как фактор повышения уровня репродуктивного здоровья / М.Ю. Сурмач //  Здоровая мать – здоровый ребёнок: материалы VIII съезда педиатров РБ, Минск, 23–24 нояб. 2006 г. / Мин-во здр-я РБ, Респ. науч.-практ. центр «Мать и дитя». – Минск, 2006. – С. 424-428.

10 -А       Сурмач, М.Ю.Медико-социологический анализ как средство разработки способов воздействия на демографические процессы и состояние репродуктивного потенциала молодёжи Республики Беларусь / М.Ю. Сурмач // Мед. новости. – 2007. - № 2. – Т. 2. – С. 35-39.

 

• ---

[1] Методика социологического исследования изложена в журнале Социология, №1, 2006 (с. 73 - 80)

	Ваш комментарий
	(для участников конференции)

Вариант для печати